Года два назад от своего художественного руководителя я услышала фразу: "Я не считаю Фриду Кало гениальным художником, но она была невероятной женщиной и я, безусловно, считаю, что о такой женщине нужно знать больше, чем ее форму бровей и разные ноги".
( (дневник велся с 1944 года и до самой ее смерти (1954). до 1995 находился в архивах мексиканского правительства. такие дела.) )

( MOAR! )

Больше ничего и не скажу даже.

Нахожусь под некоторым впечатлением от своеобразного “Les Poupees Russes”.
Фильм снял Седрик Клапиш, режиссер “Испанки” (собственно, фильм и является продолжением) в фильме такие актеры, как Одри Тоту и Ромен Дюри, а так же чудная Евгения Образсцова, интересная конопатая Келли Райли, моя любимица Сесиль де Франц (которая бесподобно вписалась в свою роль), ну и etc.
На мой недалекий взгляд, фильм глубже "Испанки", хотя, момент поиска главного героя здесь порой очень надоедливо бросается в глаза.
У меня было несколько безуспешных попыток просмотреть этот фильм основательно, но только последняя увенчалась успехом. То ли от того, что именно сейчас мне этот фильм близок, то ли, от того, что я созрела для понимания его, но, скорее всего, просто потому, что я улеглась перед экраном ноутбука и не отвлекаясь ни на что попросту вперилась в изображение глазами.
Фильм о несбыточной сказке, о свистящей графомании, о неприлично красивых ногах, об умопомрачительных лесбиянках, которые мастерски и по поводу дают в щи, которые ради друга притворяются женщиной (гетеросексуально даже), фильм о чувствах, конечно же, о ноутбуках Apple, и,безусловно, о любви и о сексе, о стремлении к недостижимому и неопределенному совершенству, о девушках-принцессах, женщинах-героинях, запутанных женщинах и про женщин очень мудрых, которые говорят:
“Ты- идеальный мужчина. Это не комплимент,ты- самое лучшее, что было в моей жизни за последние двадцать шесть лет. Я знаю, что у тебя есть недостатки, знаю, что у тебя куча проблем и дурных привычек, но у кого их нет? Мне близки твои проблемы. Я влюблена в твои несовершенства, у тебя потрясающие недостатки. Я знаю, большинство девушек обычно западают на красавцев, это все, что им нужно, они не видят глубже, но я не такая. Я вижу не только красоту. Я западаю на другое. Я люблю то, что несовершенно. Вот такая я”
И которые закрывают глаза на предательство.
Фильм о русских балеринах и любви к ним, которой не страшна такая преграда, которая стала проклятьем Вавилонской башни)
Он о предвзятости на почве неопределенности и страстности; о том, как лопается терпение.
С нужным выводом:
“Эта девушка соответствует пропорциям идеальной улицы, мы не так давно появились на Земле, по-этому сначала все хотят жить на идеальной улице. Я мог бы часами наблюдать за такой девушкой, смотреть, как она движется, как она живет, как развевается ее юбка, упиваться тем, как шелк переливается по ее телу. Наверное, я мог бы наблюдать за этим всю жизнь, но так нельзя жить. Пора сделать то, чего от меня так ждут. Перестать мечтать и вернуться к реальной жизни… Эй, ты, дурочка! Эта улица, если честно, она безобразная!”
В общем, с идеалом нельзя жить, все понятно.
С задорным и, конечно же, хорошим концом, с моралью о том, какие женщины матрешки (я негодовала!), и с интоксикацией водкой, прилично обозванной морской болезнью.
В общем, фильм, с как всегда, неизменно для французского киноматографа: “cherchez la femme”.
“cherchez la seule femme”.
“cherchez la bonne femme”.
Ну, и не забываем о Барселоне)

Моя операционка считает, что единственным средством возбуждения для меня должны являться только труды Линуса Торвальдса и Э.Таненбаума, а потому, при всякой моей попытке поглядеть на трансляции девочек с обрубленной верхней половиной лица и сиськами оголенной грудью на весь экран, система моментально начинает перезагружаться. Подобная тенденция, срывающая мои попытки потроллить, уже начинает напрягать, но я над этим работаю.

Этим товарищем я была исключена из ООО "Недотрах", что меня, конечно-же, очень обеспокоило-огорчило-повергло в ангст, и, конечно, я утешаю себя и радую мыслью о том, что в это ООО будет довольно легко вернуться.

Весь вечер губы растянуты в дугу довольной улыбки, которую я тщетно пытаюсь стереть.











Как до всего вышеописанного докатились, вообще черт знает.

обо мне.

хотя, думаю, всем это не чуждо.

Зачастую мы говорим лишь чтобы услышать себя.